Альбом «Мне хорошо!» (2006)

  Плач по неожиданным, свежим явлениям в современной российской музыке – священная корова массмедиа. Меж тем, явления эти прорастают сквозь фабричный асфальт формата и умудряются выживать под шквальным огнём снайперов пера. Еще одним тому подтверждением стал новый релиз петербургско-московской формации «Хоронько Оркестра» — «Мне Хорошо!»

  Три года назад дебютный альбом оркестра стал лидером в каталоге только что созданного лейбла «Ш2» рекорд-компании «Снегири». Долгожданный второй диск коллектива станет первым с советских времён релизом современного артиста, выпущенным государственной фирмой звукозаписи «Мелодия». Помимо авторских композиций Дмитрия Хоронько в пластинку вошли песни Псоя Короленко, Петра Лещенко, Шиша Брянского, Алексея Хвостенко и Никиты Богословского.
Прошлое, настоящее и будущее чудесным образом переплелись с неожиданной для поклонников коллектива лирикой, которая пронизывает весь альбом. Вас не призывают к протесту, не навязывают ярлыков. Жонглируя эмоциями Вам дарят атмосферу радости. Участники группы — настоящие единомышленники. Такие музыканты-виртуозы как Александр Гуреев (сопрано, тенор саксофоны), Алексей Денисов (ударные), Ильдар Казаханов (гитара, шейкер), Сергей Ушаков (кларнет, клавиши) и Сергей Янсон (аккордеон) по праву носят гордое звание «оркестр»! Сам Дмитрий — Артист. За полтора часа он превращает собственную смерть в буффонаду, мистерию, без страховки балансируя на непрочной проволоке зрительской любви.

  Для музыки «Хоронько Оркестра» наиболее точно подходит определение «светская» — она аполитична, ненадуманна, полистилична и очень образна. По словам музыкантов, главная задача их творчества – развлекать. Не давить на адреналиновые центры или слезные железы, не вывешивать лозунги или призывать к протесту, а создавать атмосферу, дарить настроение, жонглировать эмоциями и, как это не банально звучит, радовать публику.

Альбом «Страшные песни» (2002)

Он наплевал на всё... Какое там к чёрту искусство... Он сам — искусство... Худые пальцы, зловещая опера, нос, длинный язык... Он учился у Жака Бреля — так ему кажется... Учился у него летать на самолётах, плевать в стакан и хорониться рядом с Полем Гогеном... Он ненавидит Вертинского, потому как кроме этого самого злого Вертинского вряд ли кто так нагло и отчётливо прорисовал любовь... Он очень скандальный — бить посуду в пьяном угаре — его любимое занятие, а потом плакать в луже со стихами на зубах. Художник.... Он ничего не понимает в музыке, не понимает даже, существует ли она... Похоже, он сумасшедший... Длинный и больной он рвёт сцену в лохмотья — а потом в зале истерики, у них течёт слюна и они перестают верить в то, что час назад их поменяли... Он их поменял... Он современный, как яйцо Фаберже, потому как, кроме него никто так не может... Он наплевал на всё... И оркестр его плевал на всё... Угождать другому — значит умирать на месте... Они угождают, но только себе... Орут, поют, играют на дудках и не только, волочат по сцене мокрую музыку. Их зависимость от неё настолько велика, что героин отдыхает... Что это — никто не знает, потому как только глаза способны ответить и уши готовы измяться... Скорее всего, это музыкальный порок. Это не внезапный ответ на все вопросы, а наивная прививка, которая будет лечить вечно. Террорист он, этот Хоронько со своим оркестром. Поёт, как волк, живёт, как волк... И когда на Луне у них будет концерт, никто не удивится...